Экспресс-кредиты для оплаты школьных экскурсий
Но постоянно кто-то подходил, показывал им какие-то бумаги, и его пропускали без очереди.
Подошла Людина очередь, ее впустили в предбанник, где уже американские полицейские пропускали дальше. Все проходили через ворота, как в аэропорту, а вещи тоже просвечивались. Но когда она зазвенела в третий раз, сняв с себя куртку, цепочку с крестиком, вытащив из карманов ручку и ключи, она разозлилась. На второй этаж вела общая для всех лестница, а на площадке дороги расходились: нероссийские граждане шли налево, а российские направо.
Справа множество людей стояло, сидело, ходило, и над этой толпой висела густая нервозность.
Люда заполнила анкету, сложила все свои бумажки и наконец уселась на освободившееся место.
У стенок стояли такие сбитые вместе по нескольку штук, как в кинотеатре, кресла с откидными сиденьями.
Раздраженная дама в песцовой шубе отошла от окошка, издавая подозрительные всхлипывающие звуки.
У окошек разговаривали вполголоса, и в помещении было довольно тихо.
И не по словам, а по холодку страха, возникавшего где-то внутри ее тела. Сначала толпа безмолвствовала, боясь соприкоснуться с неудачником, боясь, что даже такая незначительная связь с неблагонадежным скомпрометирует их в глазах всемогущего представителя вожделенной великой державы. Но потом приземистый мужичок с лицом работяги побежал за ним. Когда мужчина возвращался, азиатское лицо снова появилось экспресс-кредиты для оплаты школьных экскурсий в окошке. И буквально через мгновение мужчина уже уходил, солидно и важно ступая с зеленой бумажкой, прикрепленной к его документам. Когда мужчина поравнялся с мужичком, он протянул ему руку и они зафиксировали крепкое дружеское рукопожатие. И все завидовали мужичку и жалели, что вовремя не проявили солидарности. Она заглянула в то же самое окошко, просунула свои займы через интернет на замену окон бумаги.
Вблизи азиат оказался очень молоденьким, чуть ли не подростком с замазанными кремом подростковыми угрями. По-русски он говорил почти чисто, внимательно просматривал каждый ее документ. Она повернулась к окошку, но место уже было занято следующим просителем. Люда хотела объяснить, что она архитектор, человек среднего класса, но ее уже душили слезы, и она поспешила к выходу, чтобы не показывать их.
Может, он мог бы что-то сделать по горячим следам… Странно, она вовсе и не жаждала ехать в эту Америку, но отказ совершенно выбил ее из колеи.
Она как будто мгновенно протрезвела от опьянения, в котором находилась с тех пор, как появился Стив.
И вот она снова одна в своей комнате с обшарпанной микрозайм без комиссий для бронирования гостиницы мебелью, с портретом мамы в черной рамочке и завядшим, засыхающим букетом в корзине.
Хотя букет-то уж вообще никакого отношения к визе не имел, он не имел отношения даже к Стиву, но Люда отнесла его во двор на помойку, поломала, запихивая в контейнер, уже полный другого мусора. Потом ей вдруг пришло в голову, что причина отказа в справке, которую ей добыл Никола. Утром Георгий говорил, что весь день будет на месте.
Потому что дом был для них всем: и домом, и работой.
Они жили в самом центре, а атмосфера в доме как в старой, обжитой провинции, откуда они, кажется, и приехали, только что поженившись. И акварельки хозяина, и всевозможные работы детей: от первых рисунков цветными карандашами до масел и макетов каких-то аэродромов. Вообще, когда бы она ни пришла сюда, Георгий радовался так искренне, как будто только ее и ждал.
Георгий сел к компьютеру, порылся там, нашел трафарет и быстренько изготовил справочку. Для них это, конечно, не деньги, а для нас, я думаю, в самый раз. Потом делал копии, вносил справку в какие-то книги, заставил ее расписаться на копии. Главное, чтобы вокруг все были спокойны и счастливы.
Домой она примчалась окрыленная, решив завтра идти снова. Она уже придумала, что скажет им, что эта справка с другого ее места работы.
Потому что если она придет сюда в третий раз, то ей уже откажут на несколько лет.
Для Дмитрия она все уже сделала и завтра повезет ему эскиз, и не один, а с вариантами. Браться же за гостиницу все равно рано, решила она, займ с плохой кредитной историей для оплаты страхования автомобиля надо сначала поискать архивные материалы по этому кредиты на карты для покупки фотокамеры дому. Ей ужасно не хотелось рассказывать Стиву, как с ней поступили в консульстве.
Она даже трубку выключила, чтобы он не смог дозвониться.
Если тебе позволят твои дела, то ты можешь пойти со мной в понедельник к пяти часам.
Только я не помню, о какой консультации вы говорите.
Сразу стало видно, что Марипална была тронута, даже не обратила внимания, что Люда все забыла. Когда приходил твой этот американец… Как приходил Стив, она, конечно, помнила, но какая консультация?.. Люда сделала самое виноватое, на какое только была способна, лицо. А гадалка скажет, как этот Стив на самом деле к ней относится, и тогда она уже все решит.
Люда, по обыкновению, дома замочила веник в ванне, но, когда подошла к бане, вдруг решила купить новый. Между вешалками поставили столик с бутылкой водки и салатами, которые нестерпимо воняли луком. Они только переглянулись с Галей и скорей ушли в сауну. Банщица, наверное начинающая пенсионерка, сидела среди пирующих теток.
Меня эта коллективная помывка раз в неделю достала.
Подвыпившие тетки расходились, но луковый дух стойко держался. Люда совершенно неожиданно для себя согласилась без дополнительных уговоров.
Под ласковыми руками массажистки Люда начала дремать.
В комнату то и дело заходили клиентки, каждая со своими проблемами, да не массажными, а простыми, житейскими.
А массажистка успевала кого-то напоить чаем, кого-то вразумить, кого-то успокоить, не переставая усердно работать над Людой. При этом она рассказывала о своей жизни, о жизненных обстоятельствах каждой посетительницы.
Напоследок массажистка натерла ее солью и отправила в сауну. И она пошла, как-то совершенно упустив из внимания наличие тараканов. Она лежала на самом верху с совершенно пустой головой, целиком уйдя в ощущения. Тело становилось невесомым, вместе с ручейками пота уходила тяжесть и вообще вся дерготня последних дней.
Она, честно говоря, уже устала возиться с подружкой. Представляешь, я весь аванс раздала смежникам, еще и должна осталась.
Дома первым делом Люда включила компьютер и заглянула в почту.
Первое, еще ночное пятничное, очень сухо сообщало о благоприятном исходе бракоразводного процесса.
Он писал, что скучает, что волнуется, не стряслось ли с ней чего.
А если любишь человека, займы без поручителей для оформления бизнес-лицензий то неважно, кто он там по национальности и достатку. Писала и стирала, снова писала, пока не состряпала кляузу на консульство.
Она написала, что консульские бюрократы не учитывают, что у них принято экспресс-кредиты для оплаты школьных экскурсий платить черным налом, и требуют от нее справки о доходах, которую она при всем желании предоставить им не может.
Стив ответил почти мгновенно, он, наверно, сидел у компьютера и ждал ее.
Он, как умел, выражал свою радость, что получил от нее весточку, ругался на консульских клерков.
И обещал все устроить, умолял ее купить звуковую карту, чтобы можно было слышать ее голос, а то по мобильнику почему-то никак не дозвониться. Люда вскочила и побежала скорее заткнуть его, чтобы кто-нибудь из соседей не проснулся. Потом вдруг к этому бесполому присоединился явно мужской голос.
Надо же еще подобрать, из чего эту изоляцию делать… Но первым номером на завтра стоял архив. Когда-то все было просто: в архив посылали техника, и он рано или поздно приносил скопированные чертежи. Она помнила каталожные ящики с экспресс-кредиты для оплаты школьных экскурсий карточками, написанными таким онлайн-займ круглосуточно для ремонта ноутбука витиеватым почерком, будто гусиным пером, что за красотой всяких росчерков и виньеток иногда трудно было разобрать смысл. Здесь царила атмосфера какого-то сгущенного времени.
Ей нравилось раскрывать папки, которые до нее, может быть, никто не трогал сто лет.
Архивного работника оформляли временно в мастерскую, и все были довольны. С тех пор ей никогда не приходилось заниматься старыми домами. Придется плестись туда и решать, что делать, на месте.
Теперь на месте полутемной облупленной проходной красовались зеркальные двери Информационного центра. В центре за отдельным столиком дежурный консультант, как гласили табличка на столе и бейдж у нее на груди.
Люда повторила то, что сказала дежурному консультанту. И спецконсультант села к компьютеру, бойко и важно стала набирать какие-то команды. Ваш заказ будет стоить двадцать пять тысяч триста рублей. Взгляд наткнулся на черненькую кудрявенькую неспециалистку.
У нее на груди не было никакого бейджа, она сидела в сторонке, подперев щеку, и выразительно смотрела на Люду.
Но как не хотелось звонить Николе после всех событий с визой.
Она вышла на улицу, прислонилась к стене архива и набрала номер Николы.
Можешь пообещать, что потом еще накинем, когда получим деньги! За стойкой в углу скучала та же самая лохматая неспециалистка.
Она так же подпирала голову рукой и так же в упор смотрела на Люду. Она только спросила, какого рода справка требуется.
Люда испугалась, что она займы на карту для ремонта бытовых приборов вообще передумала сводить ее с этим Алексей Михалычем.
Она сделала умоляющие глаза и стала рыться в сумочке, решив, что надо заплатить ей. Неспециалистка бодро стала подниматься по шикарной лестнице в глубине помещения, Люда за ней. За дверью оказалась вахта с милиционером в бронежилете.
На самом верху в крохотной комнате непонятным образом втиснулись три письменных стола, за каждым из которых лицом к стене сидело по человеку.