
А так — здесь все готово, заверил ее охранник, когда Карина высказала сомнения в том, удобно ли держать офис в здании, не сданном в эксплуатацию. Алексей стоял рядом со всеми пакетами, наполненными едой. Словно они пир собирались устроить, а не накормить одного человека. Но Фила оказалось сложно уговорить умерить свой энтузиазм.
И не скажешь, что остальная часть здания еще не закончена. А когда кредиты на карты на покупку реквизита для фотосессии Карина шагнула внутрь услужливо распахнутой двери, поняла, что вот теперь, действительно, попала в вотчину Соболева.
Было видно, что все здесь подгоняли под его удобство.
Минимализм, в чем-то, даже, аскетизм убранства, но в то же время, качественные, дорогие материалы обстановки, очень хорошо отражали суть хозяина. Светло-бежевый диван, явно, не раз заменявший хозяину кровать, и белоснежный ковер на темном паркете. Карина даже улыбнулась, представив, сколько мороки этот ковер доставляет уборщикам. На стене за столом, сплошь стеклянной, как и во всем здании, жалюзи не было. По углам располагались светлые шторы, но она сомневалась, что Костя так уж часто те использовал. В одном из углов кабинета, возле дивана, имелся мини-бар.
Стоило ей зайти, как он поднял голову, встал и, забрав пакеты у Алексея, отпустил охранника. Константин, отставив еду на столик у мини-бара, усмехнулся и подошел к ней.
С лукавыми смешинками в глазах осмотрел ее наряд, но ничего не сказал. И, вдруг, наклонился, почти уткнувшись носом в ее шею, и глубоко вдохнул. По кредиты без залога на замену окон ее спине разливалась холодная, и в то же время, как ни странно, горячая волна дрожи, но она этого не показывала. Костя только хмыкнул в ответ, успев уже достать коробку с чем-то, весьма аппетитным и на запах, и на вид. Живот подвело, отвлекая от сомнений, и Карина сразу вспомнила, что сама она так и не поужинала. Видно Карине не удалось пригасить голодного блеска глаз. Соскучился… Настолько, что не мог пару часов подождать, пока домой не приедет?
И, в немалой степени от того, что она сама кредиты без залога на замену окон не знала, что испытывает и чего хочет.
Час назад бесилась потому, что он не приехал с работы. Злясь из-за этого, Карина принялась бродить по кабинету. Заглянула в мини-бар, немного позвенела стеклом, переставляя бутылки.
Еще раз обошла помещение, осматривая каждую мелочь и деталь.
Минут пять рассматривала город, который никак не изменился за эти мгновения. Еще больше разозлилась, и решила заняться рисованием, что всегда ее успокаивало.
Отвернувшись, Карина осмотрела стол в поисках карандаша и бумаги. Карандаш нашелся сразу, а вот чистых листов видно не было. Решив действовать по аналогии с его домом, открыла верхний ящик стола — так и есть, стопка чистых листов.
Она захватила пальцами несколько и попыталась вытащить.
За листами, из глубины ящика, потянулся какой-то клубок, видно, лежавший до этого поверх стопки, в глубине. Карина несколько секунд смотрела на скрученную ленту синего шелка, силясь понять, отчего та ей знакома? Наконец, отложила листы и быстрые деньги для оплаты за участие в марафоне пальцами, которые, почему-то, задрожали, сжала шелк. Пояс от ее шелкового халата, того, который она, вместе с другими вещами, доставленными из Киева, велела выбросить. Перебирая пальцами материю, Карина закрыла глаза и попыталась вспомнить, где видела тот в последний раз.
От нахлынувших воспоминаний ее бросило в жар, а дыхание стало тяжелым и частым. Зачем Соболев хранил этот кусок ткани, забытый ею в его номере?
Да еще и здесь, в святая-святых, своем рабочем кабинете? А от мысли, которая пришла, и нагло поселилась в разуме, стало как-то неуютно и боязно.
Безумно страшно было допустить то, о чем так наглядно говорила эта находка. На нетвердых ногах Карина дошла до дивана и тяжело опустилась на тот, продолжая вертеть в руках пояс от своего халата.
Костя медленно брел по коридору в сторону своего кабинета.
Даже отсюда он видел их тихие перемещения и слышал негромкие разговоры. Во всех остальных помещениях этажа стояла полная займ на карту мгновенно на покупку инструментов для ремонта дома тишина.
Да и договорился, что люди Славки займы с мгновенным переводом на оплату услуг фитнес-центра будут поглядывать по сторонам.
Пусть и Боров его по своим каналам поищет, наравне с Никольским.
Поднятая Костей вокруг нее суматоха не прошла бесследно. Все, кто хоть что-то знал или понимал в его характере — поняли и отметили для себя уникальность положения этой женщины.
Впрочем, он и не пытался что-то спрятать или утаить. Костя осознанно ставил в известность всех, что Карина, действительно, его деньги на карты срочно без отказов для покупки зимней резины женщина.
Пора об этом было узнать и другим заинтересованным лицам.
Хотя, и сейчас Соболев уже не сомневался, что сможет ее защитить, даже вздумай Дмитрий устроить суд. Правда, искренне сомневался, что тот посмеет поступить столь опрометчиво накануне выборов. И теперь Вячеслав ненавязчиво намекал, что был бы признателен за представление ей первым из желающих.
Ха, наверняка рассчитывает выяснить, нельзя ли через нее повлиять на самого Костю. Только он ни капли не сомневался, что Карина не позволит собой манипулировать никому из таких вот, заинтересованных лиц.
Ее опыта в жизни хватит с головой, чтобы сразу раскусить, когда кто-то только попробует провернуть что-то подобное.
Не боялся он и того, что кто-то посмеет кредиты без залога на замену окон заикнуться краткосрочный займ для покупки бытовой техники о ее прошлом.
Соболев был достаточно силен, чтобы заткнуть рот любому. Что там будет у кого в мыслях — не их дело, главное, что никто не посмеет и заикнуться об этом в ее присутствии. Интересно, кстати, что сама Карина все это время делала?
Продолжала злиться на него, подогревая настроение, в котором приехала?
Он мог получить ответ в эту самую секунду, надо было только открыть дверь, у которой Соболев как раз замер. Но Косте нравилось представлять ее в той, или иной ситуации, и он помедлил еще минуту, не замечая, что широко улыбается.
Наконец, он тихо толкнул дверь и осмотрел свой кабинет.
Ха, судя по всему, Карина решила на полную катушку использовать оба варианта.
Видимо, и сама не заметила, как уснула, злясь на него. А то, что злилась — точно, об этом говорили нахмуренные брови и губы, поджатые, даже во сне. Навряд ли, чтоб в кабинете Картова она хоть раз расслаблялась настолько, чтобы заснуть. Мысль об этом согрела что-то внутри, стирая горький привкус злости и ненависти к Дмитрию. За последний месяц с небольшим эта ненависть стала частью его души. И Константин слишком хорошо знал, что там она и останется, пока он за все не отплатит этим мразям. Сморозил бы он о ночной сорочке, с нее сталось бы и в той приехать, он помнил их поход в ресторан. Но Соболеву, и правда, без разницы было, что она наденет, просто хотел, чтоб Карина приехала.
Но вместо того, чтобы разбудить Карину и претворить решение в жизнь, сел на диван около нее. Он очень надеялся, что сейчас она просто продолжает злиться на него, а не видит очередные кошмары.
Хоть и водитель будет машину вести, но зачем еще и ребят мурыжить? Еще раз глянул на Карину и… Улегся на диване рядом, удобно устроив голову у нее на коленях. Тело тут же воспользовалось минутной слабостью и решило урвать максимум отдыха.
Подозревая, что еще получит сполна за свою наглость, когда она проснется, Костя со спокойной совестью провалился в сон.
Она проснулась от того, что почти не ощущала левую ногу.
Ощущала она как раз ее очень хорошо — нога болела, а все мышцы кололо. Еще не придя в себя со сна, дезориентированная и растерянная, Карина приподняла тяжелую голову и посмотрела на свои ноги, не особо понимая, отчего ей так тяжело-то? Замерла, несколько секунд рассматривая довольное лицо спокойно спящего Соболева. Но продолжающаяся боль в ноге подтверждала, что она уже не спит. И темные тени под глазами, и резкие складки у углов рта ясно показывали степень его усталости. Она поискала глазами часы, чтобы выяснить время, но не обнаружила те в пределах своей краткосрочные займы для аренды помещения для мероприятий видимости. Сама не зная, зачем это делает, Карина протянула руку и медленно, словно управляя не своим телом, погрузила пальцы в русые волосы. Длина волос, конечно, покороче, чем на картине, которую Карина достаточно долго рассматривала когда-то в Амстердаме.
Да и она сама, покрасивее филистимлинской блудницы на том полотне.
И Соболев, вроде, посимпатичнее рисованного прототипа. Стержень своей воли и выдержки этот мужчина не утратит и, будучи налысо обритым. И Карина, в конце концов, не выдержала, рассмеялась в голос, продолжая перебирать волосы Кости. И одарил ее сонным, недовольным взглядом из-под бровей. Только вот его губы слишком уж близко подобрались к ее животу, и Карина ощущала, что и сам Костя ухмыляется.
Что-то, не совсем та реакция, на которую Карина рассчитывала. Взгляд был внимательным и серьезным, в противовес легкомысленной ухмылке, все еще растягивающей его губы. Высвободив вторую руку, она демонстративно поболтала перед его глазами кончиком синего пояса. Он перестал ухмыляться и повернулся так, чтобы смотреть ей прямо в глаза, закинув руку за голову.
Костя смотрел на нее снизу вверх какое-то мгновение.
Вздохнул, протянул пальцы, поиграл волосами Карины, которые падали ему на щеки и лоб.