
Добравшись домой лишь к половине десятого, совершенно обессиленный, деньги на карту срочно без отказа на улучшение домашних условий он заставляет себя найти подходящее место для парковки. Его уже истощила постоянная борьба с самим собой ради того, чтобы оставаться незаметным, не обращать на себя внимания.
Несмотря на яркое освещение улиц и на свет фар автомобилей, ему приходится напрягать зрение, чтобы хорошо видеть дорогу. Он медленно съезжает на бульвар Бланки и становится в левый ряд.
Лекюийе едет вдоль наземной линии метро и вдруг замечает его: он прячется, пережидая дождь. Сегодня вечером Омар Мессарди сидит дома один, его рабочий день закончился час назад. Ему особенно нравится приезжать в квартал Ла Дефанс по вечерам.
В этом месте два конечных перегона проложены над землей. Мессарди всегда с удовольствием разглядывает большие освещенные здания.
Иногда он представляет себе, как будто едет по Манхэттену.
Он никогда не был в Нью-Йорке и Манхэттен видел только в кино, но в его представлении это место похоже на Ла Дефанс, только больше.
Ему кажется, что дождь придает пейзажу какой-то дополнительный кредиты с плохой кредитной историей для покупки бытовой техники оттенок, когда через лобовое стекло он смотрит на здания, скрытые пеленой воды. Но еще больше ему нравится туман, поднимающийся ночью над деловыми кварталами. Вершины башен тонут в тумане, а огни офисов похожи на прожекторы рассеянного света. Как-то вечером одна такая башня показалась Мессарди огромным кораблем среди бескрайнего водяного пространства, а окна ее — иллюминаторами. Ему захотелось сфотографировать все это — конечно же, не тогда, когда ведет состав, а после работы.
Однако он подозревал, что ночная съемка — дело непростое, а потому ограничился одной только мечтой об этом.
Но сегодня вечером дождь не вызывает у Омара Мессарди положительных эмоций. Он прислонился лбом к оконному стеклу в столовой своей квартиры на восьмом, последнем, этаже дома на улице Эжен-Удине, в тринадцатом округе Парижа, в которой живет вот уже двадцать лет.
Над городом бушует ливень, и ветер швыряет струи воды на оконные стекла.
Он ждет прекращения этого потопа или хотя бы займы без отказов на оплату медицинского страхования ослабления: ему надо вывести собаку.
Это лабрадор десяти лет от роду, он стоически терпит, ждет, когда же хозяин поведет его на вечернюю прогулку. Омар Мессарди блуждает взглядом в пространстве и мыслями находится где-то далеко.
В этот момент сквозь шум дождя до него доносится кредит без залогов для ремонта системы кондиционирования визг тормозов и глухой удар. Через залитое водой стекло он пытается разглядеть, что произошло, и быстрый кредит на оплату услуг ремонтников видит белый мини-вэн, только что врезавшийся в ограждение стройки и теперь поворачивающий на улицу Ватт. Это низкая темная улочка, там нет ни магазинов, ни жилых домов, она проходит под железнодорожным мостом линии, отходящей от вокзала Аустерлиц.
Прислонившись к стеклу, Омар Мессарди снова погружается в свои мысли.
Эту сигарету он смакует с вожделением и, каждый раз поднося ее к губам, делает это элегантно. В старых черно-белых фильмах он видел, как актеры держат во рту эту вещицу.
Ему кажется, что это очень стильно, он уверен: с мундштуком вечерняя сигарета будет доставлять ему еще больше удовольствия. Неподалеку от квартала микрозайм без комиссий для открытия собственного дела Опера-Бастий он заприметил табачный киоск, где такие продаются. Собака, не особенно озабоченная всеми этими соображениями, встает, потягивается, зевает и тыкается мордой в колени хозяина. Пошли, но ты ведь промокнешь, и я, между прочим, тоже.
Мессарди тушит сигарету все с той же элегантностью, с какой курил, размышляя о мундштуке, потом надевает плащ и берет зонт. Когда они входят в лифт, собака рвется вперед, займ на карту срочно на покупку материалов для строительства натягивая поводок. В вестибюле дома Мессарди немного мешкает, раскрывая зонт, и нехотя выходит на улицу.
Вода стекает у нее с загривка, она стремится в сторону темной улицы Ватт: там хоть и невесело, зато можно спрятаться от дождя. У поворота на улицу валяется перевернутый пластиковый красно-белый конус, предупреждающий о том, что здесь проводит работы служба городских теплоцентралей.
Мессарди вспоминает, как полчаса назад машина наехала на серо-зеленую стойку металлического заграждения, из тех, что стоят на шоссе.
Действительно, одна из них лежит на земле, опрокинутая. Противоположная сторона улицы освещена слабым светом нескольких заляпанных грязью фонарей. Метрах в тридцати перед собой, на тротуаре, он замечает какую-то бесформенную кучу. В этих местах часто попадаются всякие вещи, выбрасываемые из машин.
Ему требуется несколько секунд, чтобы это осознать.
Омар Мессарди медленно подходит ближе и действительно видит перед собой лежащее тело. Он в недоумении, ему не по себе, он окликает лежащего, но тот остается без движения. Мессарди чувствует себя более или менее уверенно: ведь он с собакой, — подходит еще ближе к этому телу, лежащему на тротуаре ничком, и легонько толкает его ногой в ботинок. Собака незаметно для хозяина подкрадывается к нему и гавкает, Мессарди вздрагивает от неожиданности. Рядом есть ночлежка, иногда некоторые из ее обитателей так плохо держатся на ногах, что в конце концов заваливаются на тротуар. Но потом из каких-то смутных подсознательных соображений, или, скорее, руководствуясь интуицией, Мессарди начинает в этом сомневаться. Он отбрасывает версию, подразумевающую происшествие с клошаром. Ему становится нехорошо, его охватывает сильнейший страх, по спине пробегает дрожь. Собака уже громким лаем оглашает улицу Ватт, и от этого страх Мессарди усиливается.
Оглядевшись по сторонам: нет ли кого поблизости, — он присаживается на корточки возле лежащего.
Он долго трясет мальчика, зовет его, переворачивает и пытается усадить. Тело еще мягкое и теплое, но Мессарди понимает, что малыш мертв. Возможно, убийца микрозайм без комиссий для открытия собственного дела подкарауливает его сейчас — его, Омара Мессарди, случайного прохожего, выведшего собаку на микрозайм без комиссий для открытия собственного дела ночную прогулку и тем самым расстроившего планы преступника.
Он оглядывается по сторонам, боясь увидеть где-нибудь убийцу.
Дрожа от страха, он торопится домой, чтобы позвонить.
Он бежит со всех ног, как будто пытается увеличить дистанцию между собой и смертью. Ливень еще более усилился, но он даже не чувствует этого. Добравшись до дома, он запирает дверь на два оборота и досадует, что жена и сын до сих пор не вернулись.
Позвонить сразу же у него не получается: зубы стучат, — он сначала выпивает два стакана воды.
Дежурный полицейский сразу же понимает, что дело серьезное. Ему удается более или менее успокоить его и получить от него сведения, необходимые для отправки машины на место происшествия.
Начальник патрульной бригады — микрозайм без комиссий для открытия собственного дела опытный ветеран, он знает, как надо задавать вопросы. Люди так подвержены панике, что, пробормотав невнятно о том, что именно они видели, забывают займы онлайн на карты на организацию мастер-класса сообщить адрес, по которому случилось событие, и тут же вешают трубку.
Людовик Мистраль прибыл на место примерно спустя сорок пять минут после обнаружения тела. Когда зазвонил его мобильник, у него тут же появилось дурное предчувствие.
Он быстро записал адрес и стремглав выбежал из дома.
Водрузил на крышу автомобиля мигалку, а проезжая перекрестки, включал на всякий случай сирену.
Из машины он позвонил в оперативный отдел, чтобы на месте к нему могли присоединиться Кальдрон со своей командой, специалисты из криминалистической лаборатории и коллеги из службы криминалистического учета.
Он также заметил, что было бы весьма кстати и присутствие заместителя прокурора.
Льет прямой дождь, лишь несколько зевак смотрят из окон, но им ничего не видно.
Тех, кто решил спуститься, полицейские все равно никуда не пропустили. Не способствовал проявлению подобной активности и дождь.
Полицейские замечают машину Мистраля, стремительно мчащуюся по улице Эжен-Удине с включенной мигалкой. Прибыв на место, он немногословно отвечает на приветствия и направляется к группе прохожих, укрывшихся от дождя под навесом в начале улицы Ватт.