
В осеннем воздушном времени вижу как движутся десять тысяч ушедших осенних воздушных времён. Тёмным вечером с белою луной долгий разговор ведёт жёлтое окошко.
Подражание Тао Юань-мину От знойного солнца укрыться в городе негде. Хочу я подняться в далёкие снежные горы, умыться холодной и чистой водой водопада.
Отшельником стать, разорвав все живые узы, мини-займы на оплату услуг такси я вовсе не в силах жену и сынишку жалко.
Вот и остаётся завидовать смелым людям, не знающим этих печальных забот и дум.
Но странно порою читать о веках минувших: неужто в то время свободнее были люди? Звучащее слово, страшась наготы, бежит в бормотанье и шёпот. Художнику чудится варваров топот, и кистью большою он прячет картину в безумии пятен, сплетении линий.
Поскольку за тайной - не новая тайна, а скушное знание, знание-майна.
И снова ты хочешь забыть и уйти, и хочешь найти совершенство пути. Забыты слова и заброшены кисти, и гаснут огни относительных истин. Но мгновенные займы на покупку хобби-товаров в сумерках жить невозможно душе, и горек ей вкус абсолюта, и манят её десять тысяч вещей и радостный голос минуты.
Вот только сказать ты не можешь об этом, и длинную речь мы с тобой затеваем... Собаку мою - безудержную в лае считаю я самым великим поэтом! А всего-то - пара литров мозгов, в которых утомлённо плавает десяток стоящих воспоминаний, и тикает, тикает, тикает адская машинка...
В моей норе всегда темно, паук в углу - и тот зачахнет.
Ты пригласи меня к себе на чай с вареньем, А я об этом напишу стихотворенье. Я напишу его рукою каллиграфа, И шляпу займ с плохой кредитной историей на покупку школьной формы старую достану из-за шкафа. И на углу, там, где киоск "Союзпечати", Куплю букет фиалок и забуду сдачу.
Я у порога постучу три раза тростью, Меня услышишь - дверь откроется для гостя.
И уходя, я помашу тебе рукою, И осторожно за собою дверь прикрою.
И под луной туманно-жёлтою и крупной Я закурю свою прокуренную трубку. Вслед за луной, такою жёлтою, как булка, Всю ночь домой буду идти по переулкам. Настрою антенны на крыше ловлю сновиденья, сплетающиеся в клубок. А вверху надо мной в доме большом засветятся миллионы окон.
И круглый жёлтый фонарь на краю будет гореть одиноко. Меня одевают в пёстрые одежды, и осыпают цветами, цветами... И всё время проносят мимо носилки, укрытые белой тканью...
Рельсы и шпалы нагретые пахнут, а поезд всё ближе и ближе, и никак не приблизится... По длинному коридору иду, и заглядываю в комнаты, и в каждой - не я... Она засмеётся за спиной, обернусь - и нет её, обернусь - и нет её... Большая собака держит меня за руку, а папа и мама боятся её...
К утру погаснет жёлтый фонарь, и дом большой скроется в синей бездне. Для него она - страшная тайна, запретная дверь, за которой наверное неведомый мир: новое солнце, новое небо и новая земля, а папа и мама, конечно, всё те же. Она ведь всегда такою была и такою останется бабушкой маленького мальчика.
В летних ласковых лесах мы с бабушкой искали землянику, и зимним вечером с вареньем пили чай, и сказку долгую с волшебным окончаньем читали медленно.
Он в самом начале большого пути, где все ветра попутны. А конец его в следующем веке за облаками мечты не виден. А ныне, как в старой экспресс-кредит для замены электроники в автомобиле шутке: вдруг умирают люди, которые раньше не умирали. Наверное, это зрелость себя не считать исключеньем. Наверное, ветер сменил направленье всё чаще оглядываюсь назад. И в мини-займы на оплату услуг такси эти минуты уже не в пути я, а на перепутье, и почему-то мне кажется нужным понять: Что же такое детство?
И пришёл Бог к человеку и спросил его: "Почто забыл ты Меня?
Но человек запер двери дома своего и не пустил Бога.
Если твой путь в тупиках петляет уйди в густую траву. Если твой путь до вершин возносит уйди в густую траву.
Если твой путь улетает в пропасть уйди в густую траву. Жизнь на земле продолжается вечно, смерть - из числа относительных истин. Может быть станешь кузнечика плечиком, может быть станешь печенью крысы. А для того, чтобы бурный поток переплыть, и на другом краю, и на другом берегу передать её, не запачкав, другому ученику. И сегодня, вглядываясь в чистоту лепестков и стремительный росчерк микрозайм без комиссии для приобретения лекарств тёмных листьев, вижу чудный танец цветка. Хризантему рождает осенняя луна - ледяная планета поэтов. Математически рассчитано холодное совершенство линий. В огромном ли каменном зале у огня родового камина или в маленькой комнатке у дрожащего язычка свечи, тепло ледяной хризантемы греет души мужчин и женщин, обещая что-то более важное, чем невозможно далёкое лето и вовсе несуществующая весна. И только ближе к началу времён, когда свечу зажигали для продолжения разговора с другом, а ещё чтобы допить вино, лепестки хризантемы плавали в винных чашах и не были покрыты инеем, как ныне небольшие кредиты для оплаты телефона покрыты инеем все пятнадцать веков танцующей хризантемы.
Высохших лепестков шелуха шелестит страницами книг в мини-займы на оплату услуг такси которых столь удивителен шелест шелухи душ древних мудрецов. Когда я дарю тебе цветок хризантемы, видишь ли ты в этих линиях складки одежд прекраснейших женщин такого долгого прошедшего времени?
Учитываешь ли ты в своих необычных расчётах и странных движениях слов мудрость мини-займы на оплату услуг такси танцующей хризантемы? Сменив древний меч на ракеты и танки, сохранили вы честь хризантемы и деньги на карты за 5 минут на замену шин на автомобиле стойкость нежного цветка? О вечной невесте прощальная песня как крик журавлиный с небесного клина, как уханье сов из оглохших лесов.
Про красные займы до зарплаты для покупки фотокамеры зори и чёрные грозы, про белое море и чёрные горы, про ясные взоры и чёрную кровь. Там злые курганы - зелёные раны на теле степи спит усталый ковыль. А мёртвые боги ушли по дороге, похожи на ветер, похожи на пыль.
Убитые звери, забытая вера, без тела одежда, истлела надежда, по белому морю уплыло кольцо.
О вечной невесте венчальную песню играет на лире сиреневый Сирин незрячая птица мини-займы на оплату услуг такси с девичьим лицом. Высокий лес как осока скошен, займ без проверок для переезда в другую квартиру тростинкою тонкой ломается дуб. Горы, прочно стоящие над равниной падают как миражи в пустыне.
Тянущий руки лишится рук, матери - сын, мужа - жена, и друга - друг. Ближе к тебе, чем ярёмная жила, над каждою вещью мини-займы на оплату услуг такси могучая сила. С зелёной землёю, ставшею белой золой, синее небо сойдётся, ставшее белой мглой.
Сады, где внизу текут реки В этом сне наяву бесконечно мгновение длится, беспредельно раскрыто в обе стороны времени. В этом месте сошлись все тропинки земли, неба облачные пути, и прямые дороги благородных мужей. Ничего не исчезло: те же солнце и звёзды, те же женские ласки, те же шрамы на теле, та же грязь в колее.
Ничего не осталось: ни высоких мечтаний, ни бездонных отчаяний. Над равниною светом наполненной словно водоросли под волнами на бессонных качелях вечности качаются сны человеческие. Прошедшую жизнь как подачку бросили на нищенское блюдо. Бессонно идут по пустыне караваны жёлтых верблюдов, жующих вечности жвачку. Следы капели на снегу как тысячи маленьких лапок птенцов Весны.
Мой рыжий щенок, увязая в снегу, добрался до ветки и замер... Вьюнок Пока солнце ещё не поднялось с земли И роса не вернулась на небо, Так нежен и чист! Как яблоко большое налитое среди листвы созрела тайна лета.
Весенний сок перебродил за лето в тягучий хмель осеннего покоя.
Как два стиха из дальней страны, Что в сердце моё Восточный ветер принёс. По всем приметам зимний день прекрасно начат: Деревья живы, солнце светит, снег лежит! Над крышей дома линия электропередачи, А в небе ярко-синем белый дракон удачи! Перед рассветом в чёрнобелом мире стволов и снега ветвей и неба ворона пролетит и пробежит собака... На сосне на жёлтой ветви сидит ворона круглая, как шар. Земля затвердела и небо открылось, И солнце гуляет в вершинах берёз. Внизу в займ с плохой кредитной историей для ремонта дачного дома очарованном инеем мире Ворона проносится, вытянув нос! А у меня запазухой один щенок пригревшийся: - Воронам нужно каркать!
Но никто в этом мире не пожалеет Бога, не вознесёт молитву о спасеньи Его. Кони пасутся в лугах и думают: В белом небе белые облака, белый ветер, белый шум. Птица парит высоко и думает: В белом небе белые облака, белый ветер, белый шум. Ива глядится в белую воду и думает: В белом небе белые облака, белый ветер, белый шум.