
Поэтому решил описывать события живым языком, чтобы были понятны даже самые сложные термины. Надеюсь, мне удалось создать максимально удобный продукт, который одинаково хорошо воспримут и студенты, и депутаты. Наверняка книга будет интересна также работникам центробанков других стран. Украина продемонстрировала редкий пример успешного преодоления двух кризисов подряд — валютного и доверия. Специально для экспертов я привел числовые данные и тексты самых значимых документов, которые позволят понять, как именно действовал Национальный банк в кризисной ситуации.
Безумно благодарен ей за все, чему она меня научила, и как профессионал, и как человек. Есть очень мало людей, которые настолько преданы своему делу.
Решающая ночь В понедельник, 29 ноября 2004 года, в Национальном банке собрались первые лица десяти крупнейших банков страны.
Остальные 150 учреждений представляла Ассоциация украинских банков. В полном составе присутствовало правление регулятора. Мы собирались посоветоваться, как действовать в условиях кризиса, который неминуемо надвигался на финансовую систему. Обстановка за окнами Нацбанка в то время была революционной. Улицы заполнились демонстрантами, хотя машины еще могли подъехать к зданию регулятора на Институтской.
Оппозиция не признала его результаты и вывела своих сторонников на улицы.
На фоне политического противостояния прозвучали резкие высказывания в адрес финансовой системы.
С одной стороны, ведущие политики заявили, что банки находятся на грани развала.
С другой — призвали забирать деньги с депозитов в банках, которыми владеют олигархи из противоположного лагеря.
В итоге уже с пятницы 26 ноября население бросилось забирать из банков деньги — сначала срочные займы для оплаты школьных экскурсий в восточных регионах, а потом и по всей территории страны. Часть людей вняла политическим лозунгам, но основная масса вкладчиков попросту испугалась. Перед банкоматами и кассами выстраивались длинные онлайн-займ без проверки для покупки нового компьютера очереди желающих не только снять зарплату с текущего счета, но и досрочно расторгнуть депозитный договор. Уже в понедельник ситуация окончательно вышла из-под контроля, и банковской системе оставалось жить от силы неделю. Думаю, немногие тогда осознавали, что в случае ее краха апокалипсис ожидал не только банкиров, но и все население.
Экономика прекратила бы платежи, люди не получали бы зарплаты.
Страна без банковской системы — это тело, внезапно лишенное крови. На первых порах внешне ничего бы не изменилось, и экономика даже могла бы выглядеть здорово. Но существовала бы она уже по законам первобытно-общинного строя. Даже коммунисты, которые мечтали создать хозяйство без денег, в конечном итоге признали их необходимость. Удивительно, но я был настроен оптимистично, хотя какое-то время совершенно не знал, что делать.
Какое-то время пришлось посвятить экспресс-анализу двух десятков финансовых кризисов, случившихся в других государствах.
Это мало чем помогло — ни в одной стране мира не займ до зарплаты для аренды жилья на короткий срок случалось ничего подобного.
Более того, чужой опыт внушал пессимизм: обычно кризисы заканчивались плачевно для банковской системы.
Стало ясно, что рассчитывать мы можем только на себя и на банкиров. Обстоятельства складывались удачно лишь в том, что разгар ажиотажа среди населения пришелся на выходные дни.
Ежедневно в большом зале совещаний через стенку от кабинета председателя собиралось правление, и мы устраивали многочасовые мозговые штурмы. В целом, сотрудники Нацбанка показали себя настоящими бойцами. Впрочем, как гласит народная пословица, в семье не без урода. Не стану называть имена, но надеюсь, что эти люди помнят, как они вели себя в дни кризиса и после него, когда Владимир Стельмах вернулся в кресло главы Нацбанка.
Правление работало у меня в кабинете, и все действовали очень четко.
Каждый нюанс я выносил на обсуждение, не полагаясь на собственный опыт, хотя окончательное решение все же чаще приходилось принимать самому. Особой инициативы регионы не проявляли и большей частью оперативно докладывали правлению Национального банка обо всем, что происходило в областях.
Предварительный вариант антикризисной программы был создан уже 26 ноября. Уже изначальный вариант документа был очень жестким. Национальный банк заведомо отказался от рекомендаций и перешел к практике жестких предписаний.
Нам предстояло перекрыть все дыры, через которые деньги могли бы уйти из банковской системы. После этого члены правления много раз созванивались и встречались с руководителями крупнейших банков, чтобы отточить формулировки.
Хорошо помню лица банкиров, собиравшихся у меня в кабинете в конце ноября.
Люди, которые делали бизнес в неспокойные 1990-е, в ноябре 2004 года ожидали полного краха системы. Расходились они лишь в прогнозах сроков, когда вся система пойдет ко дну.
А тем, кому удастся выжить, останутся в разы уменьшившиеся активы и личные состояния.
Не следует забывать, что практически все собравшиеся банкиры пережили на своих должностях печально известный 1998 год.
Тогда после странового дефолта по внутренним и внешним облигациям правительства и объявлении принудительной ре структуризации этого долга Нацбанк также заверял банкиров, что денег рассчитаться с уходящими с рынка нерезидентами и паникующим населением в резервах хватит.
Большинство банкиров появилось в Нацбанке с утра в субботу, остальные — вечером в воскресенье. Решающая встреча произошла вечером в понедельник, 29 ноября.
Созвать банкиров пришлось без лишнего шума, почти тайком, чтобы информация не просочилась в прессу. Для этого очень пригодилась созданная в свое время база данных, куда мы внесли о займы с низкими процентами для оплаты школьных экскурсий них буквально онлайн-займ без проверки для покупки нового компьютера всю информацию, включая телефоны друзей. Поначалу пришлось диктовать гостям предложения, которые наработал Нацбанк, и не получал почти никакой обратной связи. Огромный зал, в котором мы собирались, освещался по максимуму. У меня же складывалось впечатление, что в помещении был полумрак. Банкиры почитали предложенный нами документ, и началась прекрасная коллективная работа.
К концу дня в субботу основная часть антикризисного постановления была готова.
Нужно отдать должное кредит на займы с низкими процентами на аренду автомобиля короткий срок на покупку инвентаря для туризма руководителям банков — они честно рассказывали о положении дел в своих учреждениях, ничего не скрывая.
Многие привезли с собой готовые предложения по кредит без справок для подготовки займы через интернет на оплату услуг такелажников к собеседованию выходу из кризиса. Изначально в нашем проекте не было очень многих механизмов, которые появились в итоговом документе. Если займ онлайн на карту для покупки оборудования для хобби бы регулятор применил только собственные заготовки, ситуацию не удалось бы удержать под контролем.
Наиболее активно работали Александр Дубилет из Приватбанка и Борис Тимонькин из Укрсоцбан-ка. Первый из них, например, займы с мгновенным переводом для оплаты интернет-магазина предложил снизить скорость проведения платежей. Наши банки всегда гордились, что из одного конца страны в другой деньги идут пятнадцать минут. В условиях кризиса эта скорость могла сыграть злую шутку с банком, ведь всего в течение часа устойчивое учреждение онлайн-займ без проверки для покупки нового компьютера могло превратиться в банкрота.
Поэтому в проекте постановления Дубилет предложил предусмотреть отсрочку по платежам в один день. Уже это давало огромный прирост стабильности в рамках системы. У него была самая тяжелая ситуация, и слишком активное участие выглядело бы с его стороны как защита своих интересов. Руководитель Проминвестбанка Владимир Матвиенко ни разу так и не появился на совещаниях по разработке постановления, и вместо себя присылал заместителя Тамару Шульженко. Александр Сорокин из Укрэксимбанка замкнулся и лишь изредка участвовал в беседе. Например, Николай Сугоняка из Ощадбанка слабо понимал, что происходит, и впал в депрессию. Я ничего не знал об этой операции, но в мою приемную в тот же день поступил анонимный звонок.
Мы проверили информацию и обнаружили, что через обходную схему из банка ушли деньги. Пришлось пресечь подобные слухи, отстранив Сугоняку. Обсуждение проекта антикризисного постановления было очень горячим. Мы разговаривали сухим техническим языком, но периодически углублялись в детали, заходили в тупик и даже переключались на откровенную ругань. Мне изо всех сил пришлось контролировать собственные эмоции, хотя в той ситуации это было не легко.
Своими онлайн-займ без проверки для покупки нового компьютера действиями они обезвоживали банки и оказывали жуткое давление на курс. Александр Дубилет предложил: давайте совсем запретим забирать вклады. Тут же наши юристы начали убеждать, что нельзя этого делать. В чем-то они были правы, ведь запрет на досрочное изъятие депозитов был юридически не безупречен, и это все понимали. Помню, в момент, когда прозвучало предложение Дубилета, я небольшой кредит для оплаты услуг риелтора придумал и записал в проекте постановления идеальный вариант, который бы целиком соответствовал законодательству.