Займ без отказа для оформления страхового полиса

Пусть так, но ничто не мешало регуляторам обвинить сыновей Мэдоффа в том, что они не справились с руководством по контролю отцовской фирмы.

Если бы их привлекли к ответственности за то, что произошло в утробе брокерской фирмы Мэдоффа, в этом была бы определенная доля иронии, потому что отец даже не сделал их партнерами. Они были просто наемными сотрудниками, хотя и высокооплачиваемыми. Никто не оспаривал того, что он всегда был едва ли не одержим тем, чтобы единолично отвечать за все.

После признания и ареста Мэдоффа жертвы определенно претендовали на любые их активы, которые не поглотило преступление, на том основании, что все, полученное ими от фирмы за годы работы в ней, по большей части, если не полностью, было незаконными прибылями их отца. Бизнес, который они ожидали унаследовать, был уничтожен, как и профессиональные и личные репутации, на основе которых они могли выстраивать новые карьеры. Хотя в первые два года после ареста Мэдоффа Марку и Эндрю не предъявили обвинений ни Комиссия по ценным бумагам и биржам, ни прокуратура, их обвиняли почти все.

Им все больше казалось, что единственным для них способом сохранить для семей вообще что-либо из имущества будет личное банкротство. Независимо от их квалификации и опыта, лишь самый отважный работодатель решится открыто предложить сыну Берни Мэдоффа работу на Уолл-стрит. Положение Рут Мэдофф в месяцы, последовавшие за арестом ее мужа, было и того сложнее.

У сыновей, по крайней мере, оставались их молодые семьи, родня со стороны жен, близкие друзья.

Но решение Рут не расставаться с Берни отрезало ее от сыновей и почти ото всех остальных из ее круга, кроме мужниных адвокатов.

В течение недели некоторые из жертв Мэдоффа оскорбляли ее в печати, публиковали карикатуры на нее и открыто винили в уголовщине.

В тех редких случаях, когда она покидала квартиру, чтобы пойти в магазин или, позднее, чтобы раз в неделю навестить мужа в тюрьме, ее донимали толпы журналистов.

В чем состоит ее единственное доказанное преступление? В том, что после признания экспресс-кредиты на покупку оборудования для ремонта мужа она его не оставила.

Что вы сделаете, если ваш взрослый ребенок займ без отказа для оформления страхового полиса совершил страшное преступление?

Некоторые родственники и несколько ближайших доверенных друзей поддерживали ее украдкой, даже притом что ее муж ограбил их, но публично никто не смел выступить в ее защиту.

Ее не принимал парикмахер, от нее прятался флорист, ее отказались обслуживать в любимом ресторане.

Собственные сыновья осудили ее за то, что она не покинула отца, хотя и не верили в то, что она его сообщница. Даже после гражданской конфискации имущества, оставившей ей на все про все 2,5 млн долларов, то и дело появлялись лихо займ под 0% для улучшения интерьера квартиры заверченные рассказы, предрекающие ее неминуемый арест.

В иске он подробно перечислил более ста трансфертов займ онлайн без проверки кредитной истории для замены мебели в съемной квартире со счета фирмы на ее личные счета или на счета компаний, в которые она инвестировала.

В иске не приводилось никаких доказательств того, что Рут Мэдофф принимала участие в афере или хотя бы знала о ней. После конфискации в пользу жертв 80 млн долларов Рут Мэдофф едва ли могла удовлетворить требование конкурсного управляющего. У нее не было 44,8 млн долларов, ей оставили ровно 2,5 млн долларов, и теперь она боялась, что большая часть их уйдет на улаживание тяжбы с Пикардом. Ему просто нужно было получить решение суда против Рут Мэдофф, которое обязало бы ее выплачивать любой будущий доход (например, от публикации воспоминаний) в пул активов для жертв Мэдоффа. Ее адвокат Питер Чавкин возмутился и выразил это публично. Берни Мэдофф не мог давать публичных комментариев, но и он был в ярости. В день, когда он узнал об иске против жены, испарились все его намерения сотрудничать с Пикардом (каковые намерения, признаться, были вовсе не очевидны). Пройдет больше года, прежде чем он согласится хотя бы встретиться с командой Пикарда. Он был мужчина привлекательный, обольстительный, а любой брак натыкается временами на камешки, которые могут сбить супругов с пути истинного.

Если бы Рут была сообщницей Мэдоффа и поймала его на обмане, ему грозила бы не только ярость женщины, которой пренебрегли, но и кое-что посерьезнее. Адвокаты Рут Мэдофф снова и снова сухо отрицали или вовсе отказывались комментировать еще более диковинные наговоры.

Но когда были опубликованы записки Вайнстайн, Чавкин решил извлечь из скандала полезный для многих урок. Он заявил, что Рут ничего не было известно ни о преступлении мужа, ни о его мнимом романе. И все же потребность публики в компромате на эту хрупкую шестидесятивосьмилетнюю женщину была беспредельной. Они заслуживали бы скамьи подсудимых, приговора, разорения и пожизненного срока.

Но в круглосуточные онлайн-займы для оформления ипотеки океанах чернил и галактиках киберпространства, посвященных Рут Мэдофф и ее сыновьям, лишь немногие комментаторы задали очевидный вопрос: что, если они невиновны?

Может быть, они просто верили Берни Мэдоффу, не задавая вопросов, как верили все его жертвы.

Может, они искренне полагали себя удачливыми бенефициарами его крайне закрытого, кредиты без залога на покупку школьной формы но исключительно успешного хедж-фондового бизнеса, как несомненно полагал бы любой наследник миллиардера с Уолл-стрит. Может, задай они этот вопрос, Мэдофф обвел бы их вокруг пальца с помощью той же самой фальшивой документации, которой годами дурачил онлайн-займ без проверки для ремонта автомобиля регуляторов.

Тысячи жертв Мэдоффа жестоко пострадали от того, что он предал их финансовое доверие: нет сомнений, что их жизни были почти загублены.

Рут, Марк и Эндрю Мэдофф тоже утратили все это: все свои деньги, общественное положение, уверенность в завтрашнем дне, доверие к собственным суждениям, всякую надежду на лучшее будущее.

И в то же самое мгновение они утратили почти все сокровенные отношения с близкими людьми, в том числе связи друг с другом.

Если Рут Мэдофф была невиновна, она в один страшный миг узнала, что почти пятьдесят лет была замужем за ходячей ложью. Она утратила все счастливые воспоминания, все займ без отказа для оформления страхового полиса бережно хранимые в памяти моменты долгой совместной жизни.

Под маской мужа, которого займ без отказа для оформления страхового полиса она любила с тринадцати лет, на самом деле был закоренелый преступник, который десятилетиями обкрадывал тысячи людей, включая почти каждого члена ее семьи и практически всех друзей. Если правда то, что Марк и Эндрю были невиновны, они вмиг поняли, что их отец лгал им в каждом своем наставлении, в каждом требовании быть честными, в каждом подарке, в каждом празднике. Он лгал им, выдавая роскошь за плоды своего гения и тяжкого труда, когда на самом деле это было награбленное добро, часть которого была украдена у тех, кого все они любили. Они думали, что помогают строить фирму, а она оказалась местом исторического преступления. Некоторые из сотрудников, которым они всю жизнь доверяли, оказались сообщниками отца. От отца у них не осталось ничего, даже воспоминаний. За один вечер они стали изгоями в обществе, презренными, оклеветанными, обвиненными в тяжких грехах и настолько всем ненавистными, что с ними даже грозили расправиться физически. Никто, кроме наемной охраны, не защитит их от враждебной толпы, и лишь немногие выразят им сочувствие вслух.

И так может длиться всю их оставшуюся жизнь, даже если прокуратура никогда ни в чем их не обвинит. Высший суд общественного мнения уже вынес приговор без права на апелляцию и изгнал их, не посмотрев на то, что нет ни единого документально подтвержденного факта их вины. Будь они виновны, такой расклад должен был бы вполне их устроить.

И все же если Рут, Марк и Эндрю были невиновны, то они, все трое, тоже были жертвами Мэдоффа и, возможно, понесенный ими урон был весомее, чем у других.