
За тридцать секунд я мог увидеть на мониторе истинную ситуацию в банке: плохие кредиты, дисбаланс в активах и пассивах, активное финансирование инсайдеров. Благодаря развернутой информации удавалось принимать очень корректные решения по спорным вопросам, ведь теперь я не хуже руководителя банка знал, как у него обстоят дела. Однажды система пригодилась мне во время заседания правительства.
Выступая с трибуны перед всем Кабмином, экс-мэр Киева Александр Омельченко жаловался, что Национальный банк недостаточно эффективно работает и не дает столице денег на развитие.
Пока он говорил, я с мобильного телефона набрал кого-то из надзорщиков, и тот буквально с экрана продиктовал мне некоторые цифры.
В числе прочих средств я упомянул несколько сотен займы на короткий срок для ремонта системы кондиционирования миллионов долларов, которые остались от выпуска еврооблигаций и займ под 0% для аренды жилья на короткий срок не расходовались. До сих пор не могу забыть, как Азаров посмотрел на Омельченко. Придя в Нацбанк, наша команда столкнулась с тем, что нормативная база работы регулятора была очень неоднородной.
Одну и ту же сферу иногда регулировали десятки постановлений, и нужно было потратить много времени на их изучение.
Такой, например, была ситуация с процентной политикой Нацбанка или активно-пассивными операциями. Мы решили переработать нормативную кредит без залога на покупку книг для учебы базу, и в итоге вместо десятков постановлений займ под 0% для аренды жилья на короткий срок создавалось одно системное.
Чтобы она состоялась, нужно было оценить все проблемы внутри структуры. После анализа заполненных карт принимались внутренние постановления, в которых прописывались решения выявленных проблем. Его основной задачей стало принятие единых решений по вопросам, которые входили в компетенцию разных структурных подразделений. В любом банке для этих целей существует казначейство, которое решает, где достать недостающие ресурсы и куда на время деть излишние. Чтобы не возникало внутренних конфликтов, в комитет вошли директора всех департаментов, проводящих активные и пассивные операции. Возглавлял комитет я, секретарем была Лидия Воронова. Раз в две недели мы собирались и очень живо обсуждали вопросы, касавшиеся движения финансовых потоков регулятора и особо сложных проблем в работе. Аналогичный порядок общения позже мы внедрили в работе с территориальными отделениями Нацбанка. Раз в месяц правление проводило селекторное совещание, на котором тоже практиковалось живое общение по важным вопросам. Руководители региональных управлений могли высказать свою позицию и даже поспорить. Однако практика показала, что центральный аппарат через общение с регионами мог получить четкое представление о тенденциях или отдельных случаях, которые происходили в банковской сфере, и принимать оперативные решения. А регионы узнавали, что творится в других областях и использовали это в своей работе. Коллегиальность позволяла принимать оптимальные решения в каждом конкретном случае. В последнюю пятницу месяца совещания проводились в расширенном формате — на них приглашались также руководители среднего звена в центральном аппарате Национального банка. Однако оказалось, что у нас не было ни займы наличными на оплату услуг турагента одного документа, который можно было бы взять за основу во время войны или всеобщей мобилизации. Группа занялась разработкой постановлений о функционировании банков в особый период. Помню, никто не воспринимал затею всерьез, все понимали, что войны не будет.
Однако это не мешало моделировать кризисные ситуации и придумывать пути выхода из них.
В итоге на протяжении 2003 года появились на свет тридцать три постановления, которые утверждали соответствующие положения и правила.
Они касались проведения платежей, составления отчетности, хранения документов, организации работы с наличными, формирования материально-технических резервов и прочих видов деятельности, которые могли пригодиться в период войны или мобилизации. Как назло, это произошло в самый канун президентских выборов.
С легкой займ под 0% для аренды жилья на короткий срок руки зампреда одного из дочерних западных банков поднялся большой скандал. Волна истерии распространилась и на украинские банки.
После этого директор Генерального департамента банковского надзора Вадим Пушкарев был вынужден общаться с телевизионщиками и убеждать их, что все это неправда. Он обратил их внимание на то, что постановлений несколько и созданы они совершенно с иными целями. Этими словами я постарался объяснить прессе причину появления постановлений о введении особого периода. Около двух часов длилась беседа, во время которой я рассказал историю создания постановлений и объяснил, что эти документы будут применены как руководство к действию лишь в самые критические моменты. Я извинился перед западными банкирами и предложил при необходимости лично написать письма в их главные офисы с подробным объяснением ситуации. Зачинщица скандала присутствовала там и оказалась единственной, кто кричал.
Работа над этими постановлениями принесла такую же большую пользу, как и заполнение карт рисков. По мере нахождения проблем мы старались их исправлять.
Поэтому в центральном здании Нацбанка на улице Институтской и во всех территориальных управлениях были установлены мощные источники бесперебойного питания.
Это было крайне необходимо, потому что конфиденциальную информацию приходилось передавать по открытым каналам связи, и это было небезопасно.
Департамент информатизации Анатолия Савченко разработал проект, по которому во все банки протягивались бы закрытые телефонные линии, подобные правительственной связи. В крупнейших десяти банках планировалось дополнительно вмонтировать видеоселекторы.
Сразу же после установки спутниковой связи с территориальными управлениями мы получили подтверждение правильности своих действий. Подготовка Нацбанка оказалась далеко небесполезной. В ноябре 2004 года пригодилось все: и режим секретности, и автономная связь, и повышенные меры безопасности, и тем более наличие единой информационной системы по деятельности банков. Благодаря этому мы не растерялись в кризисной ситуации, смогли комплексно оценить проблемы и отдавать адекватные указания.
Возможно, во время финансового кризиса регулятор смог бы работать и без всех этих атрибутов, полагаясь на удачу и профессионализм сотрудников.
Возразить на это я могу лишь одним высказыванием, которое услышал через год после ухода из Нацбанка. Все началось с масштабных социальных выплат правительства Виктора Януковича.
С сентября по декабрь Кабмин дополнительно выдал населению около 10 млрд.
До сих пор не ясно, что входило в состав социальных выплат и как регулярно выплачивались деньги.
Правительство заявляло, что для этого оно выделило несколько миллиардов гривен в виде надбавок к пенсиям. Могу сказать, что доплаты к пенсиям гарантированно проводились. Зато я очень сомневаюсь, что были погашены долги по зарплатам. Для этого необходимо было проделать большую работу: собрать тысячи документов, провести сверки и составить точные реестры выплат.
Эти расходы не предусматривались государственным бюджетом на 2004 год, и Совет Национального банка утверждал Основы денежно-кредитной политики без учета будущего вбрасывания наличных. Я уверен, что идея провести масштабные социальные выплаты появилась у правительства летом 2004 года. Причем, по дошедшим до меня слухам, первый вице-премьер Николай Азаров был не в восторге от этой идеи. В последний год перед выборами власть займы наличными на приобретение сезонной одежды распродала часть госсобственности.
На счета государства поступило гораздо больше денег, чем планировалось. План по приватизации на тот год составлял 2,1 млрд. К началу сентября на счетах Госказначейства скопилось 18,9 млрд.
Вместе с остатками на счетах в коммерческих банках в распоряжении центральных органов оказалось 20,3 млрд. Правительство приняло политическое решение потратить их на социальные выплаты. Такой шаг был интересным с точки зрения покупки голосов, однако экономические предпосылки здесь отсутствовали. В будущем это создало значительную турбулентность для займ под 0% для аренды жилья на короткий срок Пенсионного фонда, которая не устранена до сих пор. Это яркий пример того, как нельзя тратить доходы от приватизации.
Впервые появился прецедент финансирования дефицита Пенсионного фонда из госбюджета.
По иронии судьбы, решать проблему приходится тому же правительству, которое ее создало. Деньги начали перечисляться примерно со второй половины сентября. К концу года остатки на счетах правительства сократились на 9,9 млрд. По приблизительным расчетам, население в сентябре — декабре дополнительно получило от 9,7 до 11,8 млрд. Уже сам факт социальных выплат говорил о том, что политика и экономика в Украине не живут отдельно друг от друга. Выплата надбавок к пенсиям сопровождалась обильной риторикой власти и оппозиции.
А в Национальном банке царила растерянность, потому что мы внезапно столкнулись с угрозой масштабной инфляции.
Мы хотели краткосрочный займ на покупку хобби-товаров знать, какая часть денег пойдет на валютный рынок, какая на потребительский, а сколько займ под 0% для аренды жилья на короткий срок придется на сбережения.
Однако значительную часть денег они планировали отложить. Более половины откладываемой гривны должно было пойти на депозиты в банках.
Это означало, что существенной угрозы именно от социальных выплат быть не может. Однако оно фиксировало настроения на начало сентября.
Главная опасность выплат была не в нарушении монетарных параметров, а в займ под 0% для аренды жилья на короткий срок пробуждении инфляционных ожиданий. Хотя мгновенные кредиты на оплату услуг такелажников население не планировало тратить большие суммы на потребительском рынке, оно верило, что цены обязательно будут расти. Сработал печальный опыт гиперинфляции начала 1990-х.