Займы на любые цели для ремонта гаража

Мэдофф еще раньше планировал съехать из Нижнего Манхэттена. Проработав столько лет в черной коробке на Уолл-стрит, 110, недалеко от старого Морского порта на займы на любые цели для ремонта гаража Саут-стрит, он арендовал восемнадцатый этаж стильного небоскреба на Третьей авеню, 885, на углу Восточной Пятьдесят третьей. Здесь с лихвой хватало места для полусотни сотрудников фирмы Мэдоффа.

Во многих отношениях новая брокерская фирма была возвратом к прошлому, к фирмам, которые в начале 1960-х, когда Мэдофф с Коном только пробовали свои силы, ковбоем-одиночкой во весь опор врывались на Уолл-стрит. К концу 1980-х такие фирмы практически исчезли как класс, а их хозяева-брокеры разбрелись кто куда, не выдержав конкуренции с крупными фирмами, которые оплетали всю страну высокотехнологичными розничными сетями.

Через несколько лет она станет желанным пристанищем для пожилых брокеров, отчаявшихся найти место, где можно вывесить табличку со своим именем. Одному из брокеров было семьдесят семь, когда он в 1991 году поступил на работу.

Марша Бет Кон, дочь Сонни Кона, была, разумеется, исключением.

Боб Джаффи был человек светский, лощеный и одевался всегда по моде с легким налетом дендизма. Важнее то, что он был женат на Эллен Шапиро, дочери одного из старейших и богатейших клиентов Мэдоффа, мультимиллионера Карла Шапиро. В Бостоне ходили слухи, что именно Шапиро представил Джаффи его первому клиенту.

Сонни Кон пообещал впредь тщательнее наблюдать за своими представителями. Комиссионные каждому брокеру займ на паспорт для ремонта ноутбука рассчитывались из того, сколько денег инвестор первоначально передавал в управление Мэдоффу, а не из баланса клиентского счета в последующие месяцы и годы.

Как только инвестор изымал первоначально инвестированную сумму, комиссионные прекращались, быстрый займ на покупку охранных систем даже если клиентский счет показывал на бумаге миллионные прибыли.

Но Конам удастся убедить суд, что такая схема свидетельствует только об одном: они не управляли деньгами и, следовательно, не получали отчислений от тех прибылей, которые, по-видимому, зарабатывал Мэдофф.

Налоговые укрытия 1970-х трещали по швам, ставки подоходного налога казались непомерно высокими, и богатейшие клиенты желали снизить налоговые выплаты. Один из служащих этого банка, Жан-Мишель Седиль, познакомился с Мэдоффом через их общего знакомого Альбера Игуэна. По утверждению Мэдоффа, ему предложили долю краткосрочные займы на оплату аренды офиса в банке, которую он позднее, когда банк был поглощен более крупным французским учреждением, продал с весомой прибылью. Поскольку банковские документы давно исчезли, а Игуэн и Седиль покойники, эту часть повести Мэдоффа почти невозможно проверить, но он определенно был связан с этим французским банком: на момент его ареста в компьютерных файлах значился прежний телефонный номер банка. И среди его клиентов были французы с давно открытыми счетами, которые в документах суда по банкротству фигурировали как жертвы. Были и такие, кто хотел использовать открытый у него счет, чтобы уйти от высоких французских налогов и валютного контроля, введенных после победы на выборах 1981 года социалистов во главе с Франсуа Миттераном. По сравнению с этим подходом даже самые сложные арбитражные сделки выглядят элементарными. В своей легальной форме стратегия была вдохновлена инновациями в торговле опционами, начало которым было положено на финансовых рынках Чикаго в 1970-х годах. Если зафиксированная в контракте цена исполнения опциона (страйк) ниже текущей рыночной цены акций, это дает спекулянтам преимущество в игре на повышение: опцион, который позволяет купить пакет по цене 10 долларов за акцию, существенно выигрывает, если цена вырастает до 20 долларов за акцию до истечения займы на любые цели для ремонта гаража срока действия опциона. Можно исполнить опцион, купив акции за 10 долларов и тут же продав их по двойной цене. Если же акции падают ниже первоначальной цены, опцион позволяет продать их по 10 долларов за акцию, зафиксировав некоторую прибыль.

Осмотрительные инвесторы применяют опционы для хеджирования (страхования) инвестиций в случае неблагоприятного движения цен. Но концепция оставалась все той же: опционы обеспечивали более дешевый путь к прибыли, если индекс шел вверх, и могли смягчить потери, если индекс шел вниз.

Покупка опционов немного уменьшала его прибыли, но опционы уменьшали его возможные убытки.

Стратегия займы на любые цели для ремонта гаража требовала стабильного, ликвидного рынка опционов, используемых для хеджирования портфеля, но, поскольку опционный трейдинг в 1980-е становился все более популярным, это не представлялось серьезным препятствием.

Такой подход к инвестициям, как и арбитражные стратегии, считался вполне оправданным на Уолл-стрит. На первых порах он демонстрировал весьма впечатляющие, но и весьма неустойчивые результаты.

Начиная с 1983-го годовая прибыль фонда была гигантской, несмотря на все колебания.

Неудивительно, что Мэдофф увидел в этой стратегии ключ к успеху: если бы он добился сопоставимой доходности, его инвесторы были бы на седьмом небе от счастья. После ареста Мэдоффа адвокаты Кона настаивали, что их подзащитный искренне верил: Мэдофф следовал консервативной стратегии, и стабильность результатов только доказывала, что он мастерски ею владеет. И все потому, что безгранично верил своему старому другу Берни Мэдоффу. Рассмотрение апелляций тянулось вплоть до 1984 года, и, займ с моментальным одобрением для организации пикника хотя партнеры-бухгалтеры займ без отказов на покупку книг неизменно выигрывали, Бинс жаловался, что судебная тяжба обернулась грандиозной тратой денег и сил. Теперь клиентов у них было больше тысячи, а остатки средств на счетах приближались к ста миллионам долларов. Затем эти субподрядчики соответственно взносам делили прибыли, из которых, вероятно, вычитали понемногу за свои услуги.

Мы никогда не узнаем, сколько человек стали негласными субподрядчиками бухгалтерской фирмы, но, несомненно, их число было значительным.

Благодаря своим связям с Мэдоффом некоторые из них даже учредили собственные бизнесы по финансовым консультациям.

Фрэнка Авеллино и Майкла Бинса все это ничуть не беспокоило. Благодаря долгому сотрудничеству с Мэдоффом они преуспели, как не могли и мечтать.

Они покупали престижные дома, почувствовали вкус к дорогостоящим увлечениям вроде коллекционирования предметов искусства и пользовались уважением и почетом в обществе как щедрые покровителями благотворительности и культуры. Но в делопроизводстве они отличались все той же небрежностью.

Записи по счетам и обработку запросов по-прежнему вели четыре их нью-йоркских сотрудника, и обычно папка с делом клиента состояла из трех-четырех листочков бумаги, и только. Партнеры собирали поступающие к ним чеки, отсылали займы на любые цели для ремонта гаража деньги Мэдоффу и по запросу клиентов снимали займ без поручителей для покупки бытовой техники деньги с инвесторских счетов. Ежемесячно они получали из фирмы Мэдоффа выписки со счетов.

Ни дополнительных накладных расходов, ни сложностей, ни канцелярщины. Что ж, по крайней мере в этом Авеллино и Бинс были заодно с общим духом рынка и политикой регуляторов в 1980-е годы. Все расширяющееся наступление философии дерегуляции, помноженное на слабое руководство и недофинансирование, в конечном счете сделает некогда уважаемую Комиссию слишком робкой и зашоренной, чтобы справиться с опасным пожаром мошенничеств, разгоревшимся в последующие двадцать пять лет, в том числе и с губительным огненным смерчем по имени Берни Мэдофф.

Конгресс, молчаливо признав, что в течение десяти лет держал Комиссию на голодном пайке, наконец начал выделять ей почти адекватный бюджет.

К концу 1970-х Комиссия усилила надзор над разрастающейся отраслью открытых взаимных фондов, настояла на более жестком надзоре над брокерами и разработала новые нормы регулирования враждебных поглощений.

Ее работа была перспективной, захватывающей, и множество умных честолюбивых юристов мечтали стать ее сотрудниками. Кое-кто из самых умных и самых честолюбивых мечтал работать под началом легендарного директора отдела правоприменения Стенли Споркина, который прослужил в Комиссии двадцать лет и для которого служба вовсе не была ступенькой к доходному партнерству в юридической фирме.

Молодые сотрудники-юристы почитали за счастье работать с ним и благодарили судьбу, если им выпадала удача вести одно из самых сложных, связанных с инновациями дел, которые привлекали его внимание. В 1981 году президент Рейган вывел Споркина из Комиссии и назначил новым председателем Комиссии Джона Шэда, ветерана Уолл-стрит. Шэд оказался не таким покладистым, как надеялись поборники дерегулирования, и кредиты на карты для подготовки к переезду противился резким сокращениям бюджета, которых потребовала новая администрация. А умные и честолюбивые сотрудники-юристы, которые стремились к чему-то большему чем просто компетентность и осмотрительность, либо мало-помалу умерили свои амбиции, либо уволились.

Не пройдет и десяти лет, как займы на любые цели для ремонта гаража Мэдофф запустит свою гигантскую финансовую пирамиду, и отсутствие подобных юристов будет ему займы на любые цели для ремонта гаража только на руку. В первые годы президентства Рейгана Берни Мэдоффу, по-видимому, сопутствовала удача.

Уолл-стрит ничего не имела против растущей волатильности, в отличие от инвесторов, которые один за другим уходили с волатильного рынка к Мэдоффу, обещавшему им стабильный доход.