Займы на небольшие суммы на оплату услуг нотариуса

И не предпринял ни одной попытки, чтобы подняться с ее колен.

А мгновенный кредит для оплаты спортивного инвентаря для ребенка Карина очень старательно отводила глаза, чтобы, не дай Бог, не встретиться с его взглядом.

Видеть то, что она там могла рассмотреть, было почти физически больно. Карина ощутила, что начала медленно откидываться назад и сползать, вместе со спинкой дивана, на которую опиралась.

Ладонь Кости обхватила ее щеку, и он просто вынудил ее смотреть ему в глаза, не позволяя отвернуться. И теперь Карина уже не могла обманывать себя, отвергая то, что открыто, ни капли не таясь, показывал, просто кричал этот серо-синий взгляд.

Точно так же, как не могла отрицать, что ее тело наполнилось жаром и истомой, лихорадочной дрожью только от ощущения того, как тело Кости накрыло ее сверху, нависнув над Кариной.

Их взгляды словно сцепились, склеились, обжигая воздух между ними разгорающимся пламенем страсти. А в памяти Карины так ярко и отчетливо вдруг замелькали воспоминания: вот они глянули мельком друг на друга в проходе вагона, экспресс-займ без залога для покупки детских товаров и первые мысли о сексе и притяжении.

Вот встретились в темном коридоре, куда ее притащил Шамалко. Прием и бар, переглядывание и оценка одним другого.

Непонятный совместный завтрак и рискованная игра словами, тягучее и чуть соленое ощущение привкуса его кожи на губах, и совсем иное, тяжелое и терпкое, мускусное — займы без отказов на оплату услуг такси глубоко в горле тем вечером, после ресторана.

И все это, каждая встреча, пропитаны таким притяжением, таким желание, которого Карина никогда не помнила и не знала. Дрожью, сотрясающее каждую мышцу, бушующими волнами пульса барабанящее в мозгу. Она задыхалась от этих воспоминаний, и Костя, кажется, ощущал то же самое, а может, и думал, вспоминал о том же. Она видела, как темнел его взгляд, становясь совсем стального, предгрозового оттенка.

И ощущала руками, как закаменели его плечи, словно он очень сильно старался не позволить себя что-то сделать. И вот в этих бушующих, штормовых глазах она видела то, чего там никак не должно было быть.

Соболев резко, с шумом вдохнул, втянув воздух через раздувшиеся ноздри.

Прищурился, так, что взгляд стал займы на небольшие суммы на оплату услуг нотариуса почти неистовым и каким-то бешенным.

Карина едва не вздрогнула, еще не видев его в таком состоянии, близком к ярости. Разве что тем утром… А потом — все разом кончилось.

Костя резко закрыл глаза, будто отрезав, прервав все то, что лишь секунду назад закручивало души в спирали.

Протянул руку и, забрав у нее пояс, намотал на ладонь синюю ленту. Карине стало зябко и одиноко без его тела, прижатого, притиснутого к ее. Но Карина перестала анализировать и осмысливать, займ с моментальным одобрением для покупки бытовой техники просто слушала этого мужчину и смотрела в его напряженную спину, так сильно контрастирующую своим видом со спокойным голосом.

Голосом, в котором, казалось, до последней модуляции был выверен и контролируем и тон, и эмоции.

На последнем слове его голос почти зазвенел, но быстрые кредиты на оплату доставки крупногабаритных товаров и так, не отошел от выбранного тона.

Сообщал, ставил в известность, не принимая трусливых отговорок и попыток спрятаться.

И когда он замолчал, глядя на нее все с тем же выражением, ничем не прикрывая своих чувств, единственное, что она смогла сделать, это сжаться в комочек, и жалобно прошептать: — Костя… Ей сейчас не было весело. Даже не знала, Карина ли она, или, и правда, Даша, как он ее звал. Но и осмыслить то, что вот так просто он сказал — оказалась не готова. Он обхватил ее плечи рукой и заставил Карину встать.

В два часа ночи такие вопросы, наверное, не решают. Молча пошла следом за ним в коридор и все в той же тишине просидела всю дорогу домой, ощущая крепкую и займы на небольшие суммы на оплату услуг нотариуса теплую руку Кости, сжимающую ее ладонь.

Ничего не говорила она и тогда, когда они приехали и в тишине, не включая свет, поднялись по лестнице.

Только вот, добравшись до спальни, никто не спешил укладываться. Костя подошел к окну, да так и остался там стоять, упираясь рукой в стекло.

Сбросил пиджак прямо на пол, дернул, сорвал галстук, отправив его следом.

А она — просто села на край постели и продолжала думать. А еще минут через пять, в течение которых в комнате сохранялась полная неподвижность, она вдруг встала. И та женщина, которая поднялась с постели, устала думать. Она небольшие кредиты для оформления бизнес-лицензий ничего не знала, ни об отношениях, ни о чувствах. Разве что, в займы на небольшие суммы на оплату услуг нотариуса совершенстве обладала информацией о страхе. Эта женщина не могла мгновенные кредиты на покупку подарков для коллег бы назвать себя Кариной, потому что растеряла холодную отстраненность и присущую той уверенность в знании устройства мира. Но кое в чем эта женщина была уверена — ей хотелось узнать. Может, и глупо, после стольких лет пыток и мук, но ей хотелось поверить, не удалось подавить вдруг вспыхнувшую надежду, присущую, скорее Даше, чем Карине. И не могла слепо отрицать то, что видела и понимала. А такие мужчины, как тот, что стоял сейчас к ней спиной, не делали ничего подобного ради шутки. И, наверное, единственное, в чем эта женщина была уверена — это в том, что именно этот, конкретный мужчина никогда не обидел ее, ни разу не причинил боли. Но, идя по темной комнате к кредит без процентов на покупку продуктов нему, эта женщина очень хотела, чтобы именно этот мужчина заставил, научил ее верить в такое. Подойдя к Косте, который продолжал смотреть в окно, Даша, да, наверное, все же она, робко и неуверенно обняла подрагивающими руками его за пояс.

И с глубоким вздохом уткнулась лицом ему в спину, куда-то, между лопаток. Не совсем понимая, на что именно подписывается сейчас.

Но честно признавая, что лучше в очередной раз обманется, чем струсит, и навсегда потеряет такой призрачный и невероятный шанс. Она привыкла бороться за себя до конца, до последнего вздоха.

А Костя, похоже, решил стать на ее сторону в этой битве. Он замер от ее прикосновения на какие-то мгновения, показавшиеся Даше вечностью.

После чего, очень медленно, осторожно, будто, и правда, тигр, с которым она уже сравнивала его этой ночью, что боялся спугнуть свою добычу.

Соболев обхватил ее плечи одной рукой, а второй поднял ее подбородок и заглянул в глаза. Так, как вздрагивает, начиная движение, железнодорожный состав. И она отчетливо поняла, что и Костю, как тот самый состав, теперь уже ничем не остановишь, если он сам не ударит по тормозам.

Но и сейчас, все, что смогла сделать, это тихо прошептать его имя. Глава 22 — Костя… Его губы микрокредит для покупки стройматериалов обрушились на ее рот, поглощая, выпивая звук собственного имени. Он понял, что уже не сможет остановиться, но не испугался.

Слишком хорошо в этот момент Костя понял, что наступило время не только молча поддерживать и находится рядом.

Поверила она ему, или нет, но Карина нуждалась в чем-то большем, чем красноречивые взгляды. А займы для всех на покупку абонемента в спортзал Константин слишком сильно хотел свою женщину, чтобы попросить ту подождать пару минут, пока он дозвонится и посоветуется с психотерапевтом. В любой войне иногда приходится отступать от штабных инструкций и действовать по обстановке, руководствуясь лишь своим чутьем и интуицией.

И это самое чутье просто надрывалось внутри, говоря, что сейчас именно такая ситуация. Но, мысленно хмыкнув, Костя послал все к черту, и, как в омут, с головой бросился в прорву страсти, которая вдруг вспыхнула, затянула их.

Даша… — Прохрипел он, стиснув ее плечи своими руками. Костя добрался до ее скулы, целуя, лаская место, на котором лишь недавно сошел синяк. Скользнул губами вниз, подозревая, что царапает ее щетиной.

Что-то шептала, слишком тихо и неразборчиво, чтобы он мог разобрать. Кидалась навстречу его губам, так же лихорадочно целовала лицо самого Кости. Тонкие, такие, непривычно неуверенные пальцы скользили по его сорочке, тянули и дергали ткань, рывками высвобождая пуговицы из петель.

Все отличалось от того, что было однажды между ними. Даже страсть, с которой они сейчас держали друг друга. Никто никого не соблазнял, никто не пытался урвать для себя удовольствия или выиграть в флиртующем споре. Испугался, решив, что всколыхнет проклятые воспоминания, но Карина… Нет, Даша, так охотно прижалась, так рьяно прильнула к его груди, с которой сама уже сдирала рубашку, что все страхи улетучились. И Костя, продолжая обнимать одной рукой, другой заставил ее прогнуться, целовал, вдыхал и втягивал в себя ее кожу.

Облизывал и покусывал грудь, не в силах остановить руки, блуждающие, гладящие все ее тело. Они как-то добрались до кровати, не особо разбирая дорогу, и рухнули на ту, не имея сил и желания на какие-то эффектные позиции и движения. Костя оказался сверху, продолжая целовать ее грудь, заглаживать, сцеловывать единственный оставшийся, едва заметный лиловый синяк на займы на небольшие суммы на оплату услуг нотариуса ребрах.

И опять, и опять прерывать поцелуи шепотом, беспокоясь, волнуясь, чтобы ей не было больно. Но Даша только мотала головой и притягивала его к себе за плечи, как заведенная шепча только одно слово: — Костя, Костя, Костя… Он попытался перевернуться, решив, что не такой уж легкий, чтобы давить на нее, кажущуюся сейчас такой уязвимой и хрупкой.