
Его пальцы ухватили ее волосы, и он с наслаждением набрал полные пригоршни этих скользящих прядей.
Нежно коснулся губами синяка на ее скуле, ощущая, как она вздрогнула. И тут же передумала, хоть он пока и так не был готов позволить ей подняться с его колен. Сложно сопротивляться, когда ее кредит на короткий срок на покупку аксессуаров для телефона грудь почти утыкается ему в рот.
Костя тяжело сглотнул слюну, сгорая от желания ухватить зубами этот острый, напряженный сосок, упирающийся в уголок его рта. Нуждаясь в том, чтобы втянуть ее теплое тело в свой рот, облизнуть, поцеловать каждый миллиметр.
Специально делала все, стараясь вернуть в понятную и привычную плоскость. Как бы не реагировало тело на столь однозначное приглашение. Но цена ошибки была слишком дорога, чтобы поддаться. Погрузил язык в ее рот, не позволяя Карине отстраниться. И застыла, почти так, как он и предполагал, едва услышав свое имя.
Но Костя не собирался останавливаться, раз уже начал. Он исследовал ее рот, наслаждаясь сладковатой бархатистостью, и нежно поглаживал одной ладонью напряженную спину.
И он добился, пусть придушенного, но явно возбужденного вздоха.
Так выдержка Кости еще не проверялась: Его женщина на его же руках.
Женщина, которая возбуждала его до сумасшествия просто своим присутствием. Женщина, которая, несмотря ни на что, все-таки его хотела. Полная грудь у его лица, дразнящая его шею острыми сосками. И губы Карины, рьяно и жадно отвечающие на его поцелуй. Однако, несмотря на это все, у него хватило силы остановиться.
Оказалось достаточно воли, чтобы прекратить поцелуй и просто прижать ее голову к своему плечу.
И пусть тело почти звенело от напряжения, пусть в голове гремел пульс, и лихорадочно не хватало воздуха, он не позволил ей продолжить. Не собирался потерять единственный шанс доказать, что отличается от остальных. Стараясь овладеть собственным желанием, он глубоко вдохнул и прижался лицом к ее волосам. Так, надо слушать Стаса и прекращать столько курить. Может, тогда кредит на короткий срок на покупку аксессуаров для телефона кредит на короткий срок на покупку аксессуаров для телефона сердце не будет так грохотать в ушах, а легкие быстрый займ для покупки стройматериалов рваться из-за явной нехватки кислорода? Голос Карины звучал растерянно и все-таки, немного ехидно. Как же отчаянно она цеплялась за свои устои и понятия. Но не собирался позволять ей и дальше за теми прятаться от него. По легкому, неосознаваемому ею покачиванию головы, по тому, как она кредит до зарплаты для ремонта системы кондиционирования уперлась ладонями ему в грудь, словно стремясь отгородиться от Кости.
Не мешал молча вернуться в кровать, куда Карина отошла, едва ли не пятясь.
И только тогда, когда она отвернулась от него, накрывшись одеялом до самого подбородка, сам встал с кресла. Он оставил только брюки, не уверенный, что стоит раздеваться полностью.
Карина ничего не говорила, даже не смотрела в его сторону. Избавившись и займы на карты мгновенно на оплату услуг парикмахера от носков, Костя лег с другой стороны постели. Подумал секунду и, обхватив ее за талию, притянул к себе.
Просто обнимал пару минут, пока не унялась испуганная дрожь в ее теле, а потом, устроившись удобней, уткнулся носом в ее затылок и понадеялся, что сможет заснуть с таким напряжением в паху. Глава 19 Она проснулась, едва Костя повернулся и отпустил ее талию, чтобы встать. Он всегда встает в это время, без всяких будильников.
Просто просыпается, словно что-то срабатывает у него внутри.
Всегда вот так же переворачивается на спину, а потом… А потом — вот. Костя снова повернулся к ней и крепко обнял, глубоко, полной грудью втянув в себя запах ее волос.
А так, что сразу становилось ясно, дай он волю деньги на карты срочно без отказа на оплату услуг фитнес-центра себе, позволь хоть что-то большее этого поцелуя — на свободу вырвется стихия такой быстрый займ на покупку реквизита для фотосессии мощи, которую нельзя будет просто усмирить. Карина умела по ритму дыхания распознать, когда мужчина злится или весел, когда мужчина займ с моментальным одобрением на оплату кредита в ярости или вот-вот кончит. А этого мужчину, Костю, она совершенно не могла понять. Она слышала по его дыханию, по касаниям определяла, насколько сильно он возбужден. Но, тем не менее, Костя даже не пытался довести дело до секса. С удивлением узнав, что как-то сложно мысленно обращаться по фамилии к человеку, с которым спишь.
Не трахаешься, тут, как раз, никаких проблем, опыт имелся, а именно спишь. Честно говоря, это было странное и не особо приятное открытие для Карины, но поделать с тем она ничего не могла.
В последний раз глубоко вдохнув, он все-таки встал.
И как ни старалась, Карине пока не удалось понять, чего же он от нее хочет.
Поверить в то, что ему нужна именно кредит до зарплаты для оплаты курсов по кулинарии она, как человек рядом, на что Костя напирал и давил? Ну, какой нормальный делец, да еще и такого уровня, притащит домой шлюху и будет говорить, что она ему нужна ради компании за столом, и для душевных бесед? Но смысл его слов, так или иначе, оказывался вне понимания для Карины. Для такого досуга есть дочери партнеров и влиятельных людей его круга.
Те, которые очень подходят для совместных чаепитий по займы без отказа для оплаты занятий по саморазвитию воскресеньям и рождения детей, продолжающих династию и наследующих состояние и бизнес. Но никак не те женщины, которых не раз имели другие мужчины. Те, с которыми, возможно, придется столкнуться на переговорах кредит на короткий срок на покупку аксессуаров для телефона или деловых ужинах. И какой нормальный мужик захочет выглядеть в их глазах посмешищем? Просто хочет сделать ее своей содержанкой на постоянной основе? Тогда зачем весь этот бред о душе, доверии и полное воздержание? Она продолжала лежать с закрытыми глазами, прислушиваясь к его тихим шагам по комнате. Не могла заснуть, когда кто-то лежал рядом с ней, и все тут! Когда требовалось остаться беззащитной перед другим, чтобы дать себе отдохнуть. То и дело ее начинала сотрясать дрожь, а мышцы буквально сводило от страха.
Он же еще крепче начинал обнимать ее в такие минуты. Отсутствие сна — тяжелая пытка, Карина не понаслышке об этом знала. Да и потом, были пару человек, которые практиковали такой вид издевательств.
Но к шестому дню оба измотались настолько, что под утро просто отключились. А, судя по тому, что на работу он так и не пошел и, проснувшись почти к ужину, Карина еще некоторое время смотрела на спящего рядом Костю — сработали предохранители и у его нервной системы. Она тогда час лежала и смотрела на него, пытаясь понять. Не сумела, и ушла на кухню к Филу, восстанавливать свой душевный покой и равновесие заварными пирожными.
Безуспешно, кстати, потому как возмутитель и нарушитель того самого покоя, словно ощутив, что ее в спальне уже нет, явился на кухню собственной персоной спустя каких-то десять минут. Карина только дождалась чашку с кофе и положила первое крохотное пирожное себе в рот. Дальше ей оставалось с грустью наблюдать за тем, как те исчезают с подачи Соболева, и отвоевать удалось только три штуки. Причем, не у Кости, а у самого Филиппа, пожалевшего ее нервы и чувство собственного достоинства, не позволив скатиться до скандала и униженных просьб.
Что тут сказать, готовил нанятый ею эконом просто божественно.
То ли займ через интернет на аренду оборудования для съемок совместно проспанный день, то ли обида за уничтоженные в одиночку пирожные, что-то из этого повлияло точно.
И на следующую ночь Карина уснула рядом с Костей уже всего через два часа после того, как легла. Появилась иная проблема — из-за его ранних подъемов, и она просыпалась ни свет, ни заря. Карина наслаждалась тем временем, еще три недели назад, когда, живя в своей квартире, сама определяла свой график жизни. Психика, видно разболтанная всеми непонятными поступками Кости, бросилась из одной крайности в другую. Раньше Карина не могла заснуть в его присутствии, теперь просыпалась, едва он отодвигался. То ли подсознательно ждала от всякой смены его положения чего-то плохого и опасного, то ли еще что. Если честно, Карина уже с трудом справлялась с самоконтролем.
Все чаще ей хотелось на кого-то наброситься и поколотить за самую ничтожную мелочь.
Но жизнь ее давно научила, что ничего подобного ей не позволено делать.